Арбитражный суд города Москвы полностью отказал Bristol-Myers Squibb (BMS) в иске к российским компаниям, связанном с регистрацией воспроизведённого препарата с МНН апиксабан. Правообладатель требовал отозвать регистрационное удостоверение дженерика, исключить его предельную отпускную цену из государственного реестра и запретить введение препарата в гражданский оборот до окончания срока действия патента на изобретение, используемое в оригинальном препарате «Эликвис». Решение по делу № А40-166663/2024 принято 11 ноября 2026 года.
Предмет спора и требования BMS
Истцом выступила Bristol-Myers Squibb Holdings Ireland Unlimited Company. Ответчиками стали ООО «Бисерно», ООО «Онкотаргет», дистрибьютор ООО «Селенит-Мед» и Министерство здравоохранения России. Иск поступил в суд 22 июля 2024 года, дело рассматривал судья М. А. Ведерников. По первой инстанции в удовлетворении требований отказано полностью.
BMS выступает правообладателем российского патента № 2345993 «Лактамсодержащее соединение и его производные в качестве ингибиторов фактора Xa». Патент охватывает изобретение, связанное с действующим веществом апиксабан, используемым в препарате «Эликвис». С учётом продления срок его действия истекает 3 февраля 2027 года.
Поводом для судебного разбирательства стали три события:
- В ноябре 2023 года ООО «Бисерно» получило регистрационное удостоверение на воспроизведённый препарат «Апиксабан». Производственная площадка — ООО «Онкотаргет».
- В марте 2024 года на препарат была зарегистрирована предельная отпускная цена.
- В январе 2024 года дистрибьютор «Селенит-Мед» заключил государственный контракт с Ленинградской центральной районной больницей Краснодарского края на поставку 12 упаковок препарата общей стоимостью 27,1 тыс. рублей.
BMS расценила эти обстоятельства как использование запатентованного изобретения и подготовку к выводу дженерика на рынок до окончания срока патентной защиты.
Компания потребовала обязать Минздрав России исключить сведения о предельной отпускной цене из государственного реестра, обязать производителя отозвать регистрационное удостоверение и запретить ответчикам вводить препарат в гражданский оборот до окончания действия патента. В качестве меры обеспечения запрета истец также просил установить судебную неустойку, начиная со 100 тыс. рублей за первую неделю неисполнения судебного акта.
Доводы ответчиков и данные системы мониторинга лекарств
Представители ответчиков отрицали наличие фактов коммерческого использования изобретения. ООО «Онкотаргет» пояснило, что не выпускало спорный препарат для продажи и не предлагало его покупателям. По позиции производителя, участие «Селенит-Мед» в региональной закупке было самостоятельной инициативой дистрибьютора, не согласованной с производственной площадкой.
После того как производитель узнал о заключённом контракте, он уведомил медицинское учреждение о невозможности поставки препарата. В феврале 2025 года государственный контракт был расторгнут по соглашению сторон.
В подтверждение отсутствия поставок ответчики представили сведения государственной системы мониторинга движения лекарственных препаратов (МДЛП). Запросы по всем 16 уникальным кодам GTIN не выявили сведений о поступлении спорного препарата в гражданский оборот.
Представители Минздрава России, в свою очередь, указали, что государственная регистрация лекарственного препарата представляет собой административную процедуру, направленную на подтверждение его качества, эффективности и безопасности. Она не удостоверяет наличие у заявителя патентных прав и сама по себе не означает использование запатентованного изобретения.
Патент на апиксабан: срок действия до февраля 2027 года
Российский патент № 2345993 выдан на изобретение «Лактамсодержащее соединение и его производные в качестве ингибиторов фактора Xa». Заявка подана 17 сентября 2002 года с приоритетом от 21 сентября 2001 года.
Первоначальный двадцатилетний срок действия патента истекал бы в сентябре 2022 года. Однако в 2012 году срок был продлён до 3 февраля 2027 года в отношении пунктов 1–16 формулы изобретения.
Продление предусмотрено пунктом 2 статьи 1363 Гражданского кодекса РФ. Для лекарственных изобретений оно допускается, если между подачей патентной заявки и получением первого разрешения на применение прошло более пяти лет. Продолжительность продления определяется с учётом этого периода, но не может превышать пяти лет.
Таким образом, на момент рассмотрения спора патент продолжал действовать, а до окончания срока его защиты оставалось менее трёх месяцев.
Позиция суда: регистрация не равнозначна нарушению патента
Пункт 2 статьи 1358 ГК РФ относит к использованию изобретения, в частности, ввоз, изготовление, применение, предложение о продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использовано запатентованное изобретение.
Государственная регистрация лекарственного препарата и регистрация его предельной отпускной цены непосредственно в этом перечне не указаны.
Вместе с тем подпункт 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ позволяет правообладателю требовать пресечения действий, создающих угрозу нарушения исключительного права, в том числе от лиц, осуществляющих необходимые приготовления к таким действиям.
Важное значение для подобных споров имеют рекомендации Научно-консультативного совета при Суде по интеллектуальным правам, утверждённые постановлением президиума СИП от 18 апреля 2024 года № СП-22/6.
В пункте 5 рекомендаций разъясняется, что государственная регистрация лекарственного препарата, в котором использовано чужое запатентованное изобретение, и регистрация предельной отпускной цены сами по себе не создают угрозы нарушения исключительного права. При этом в совокупности с другими обстоятельствами такие действия могут свидетельствовать о наличии реальной угрозы.
При оценке подобных ситуаций учитываются, в частности, предыдущие нарушения патентных прав, попытки реализации препарата, период времени до окончания срока действия патента и экономические интересы ответчика.
В рассматриваемом деле суд не усмотрел достаточных доказательств конкретной и реальной угрозы нарушения исключительных прав BMS. Регистрация дженерика и его цены, а также обстоятельства несостоявшейся поставки не позволили установить, что ответчики готовились к фактическому введению препарата в гражданский оборот до окончания срока патентной защиты.
Решение суда пока не вступило в законную силу и может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца.
Рыночный контекст: продажи «Эликвиса» превысили 23 млрд рублей
Коммерческая значимость спора связана с объёмом российского рынка апиксабана. По данным аналитической компании DSM Group, розничные продажи оригинального препарата «Эликвис» в России за 2025 год составили 14,66 млн упаковок на сумму 23,11 млрд рублей. За период с января по июль 2026 года на апиксабан пришлось 29,4% продаж в сегменте антикоагулянтов.
Высокий объём рынка привлекает интерес производителей воспроизведённых препаратов. По данным государственных реестров, на российском рынке зарегистрировано около 30 дженериков апиксабана, а реестр предельных отпускных цен содержит порядка 250 записей по различным дозировкам и формам выпуска.
Параллельно продолжаются другие споры вокруг патентной защиты апиксабана. В октябре 2026 года суд отказал компании Teva в предоставлении принудительной лицензии на использование соответствующего изобретения.
Кроме того, 7 сентября 2026 года ФАС России сообщила о возбуждении антимонопольных дел в отношении Teva и «Гротекс» после обращений ООО «Пфайзер Инновации» и представителя правообладателя. Заявители утверждали, что компании начали вводить воспроизведённые препараты апиксабана в гражданский оборот до окончания срока действия патента. На момент сообщения ФАС окончательная оценка этих действий ещё не была дана.
Таким образом, судебный спор BMS с российскими компаниями касается конкретных обстоятельств регистрации и несостоявшейся поставки дженерика. Его результат не означает общего разрешения на коммерческий оборот воспроизведённых препаратов апиксабана до окончания патентной защиты. Вопрос о наличии нарушения исключительных прав зависит от фактических действий участников рынка и доказательств, представленных в каждом конкретном деле.
